Пять невест ректора  - Александра Черчень

В общем, спустя полминуты Цай вернулся в кресло и смотрел на меня ясным, незамутненным взором. Навь тоже смотрела, но глазки-в-кучку.

– Так по какому вы поводу?

– Я – новый преподаватель по дисциплине «Лекарственные травы и их применение»!

Эмоции сменяли одна другую.

Неверие и шок в первый момент, так как Цай являлся знатоком скорее ядов, чем лекарств. А после вполне закономерное подозрение… что брат Заль, один из самых уважаемых отравителей Эльзитура, знаток в звании Мастера, вдруг забыл в Академии Триединства на должности преподавателя?!

Прищурила взгляд.

– Так ректор у себя, милая Фэй? – он чуть склонил голову, и солнечный луч блеснул в очках. – У меня есть рекомендательное письмо от Эдана Хрона. Вроде как, это довольно многое решает.

– Милая Фэй?! – возмущенно повторила навь.

– Я спрошу может ли ректор ВАС принять.

Официальное обращение я намеренно выделила интонацией, намекая, что какова бы ни была история нашего знакомства, в определенных обстоятельствах нужно соблюдать правила приличия. И если учесть, что он пришел наниматься на работу, а я – секретарь работодателя…

В общем, «вы», только «вы» и еще раз «вы».

Я встала, чуть покраснев, одернула пошедшую некрасивыми складками юбку и вышла из-за стола, по пути запнувшись о край ковра и едва не полетела носом в пол. Спас меня молниеносно оказавшийся рядом эльф. Помог выровняться, демонстративно убрал руки за спину и отступил.

От стыда захотелось провалиться сквозь землю!

Святые Деревья, почему, ну почему я постоянно попадаю в такие ситуации, когда рядом братец Заль?! Сразу же вникуда испаряется эльфийская грациозность и реакция!

Я быстро зашла в кабинет и, прикрыв за собой дверь, с трудом удержалась от того, чтобы не прислониться к ней спиной.

Сидящий за столом упырь до моего появления с печалью во взгляде смотрел в весьма пухлую папку.

– Завоевывать государства было проще, – резюмировал он, даже не поднимая на меня глаз. – Особенно, если не озадачиваешься тем, что будет с этими территориями после. Оказывается, у меня была просто потрясающая жизнь!

– Рада за вас, – несколько нервно отозвалась я в ответ, ощущая, что попала, как говорится, из огня да в полымя. Потому, что в приемной сидел мужчина, от которого у меня в подростковом возрасте из головы все мысли выдувало, а сейчас, как оказалось, все еще было какое-то остаточное восхищение. А прямо передо мной тот, к кому родились странные, но вполне понятные и даже в чем-то зрелые чувства.

А еще я его на себе женить хочу. И как потом с этим жить – не знаю!

И буду ли в целом жить, если учитывать дурной характер умертвия. Надо же, вроде как он и ожил чисто технически, а называть иначе не получается. Облик же все тот же.

– Ты что-то хотела? – поднял все же на меня взгляд Сибэль.

– К вам по поводу устройства на работу пришли. На должность преподавателя лекарского дела, но…

Я запнулась, не зная стоит ли говорить такое.

– Но? – упырь изогнул серо-стальную бровь и на какой-то момент стал таким красивым, что аж дыхание перехватило.

Сволочь. Нельзя же так с девушками!

– Но он отравитель, – все же решила честно сказать я. – Мастер по ядам.

– Любопытно. Зови!

Я кивнула и вернулась в приемную.

Там разом застала просто потрясающую картину. Эльф придвинул свое кресло максимально близко к тому, где сидела навь, и вновь взяв ее за лапу, осторожно нажимал на подушечки пальцев и вдохновленно рассуждал:

– Просто потрясающе! Странно, я искренне считал, что нави, как типаж нежити, относятся скорее к псовым, но у вас втягиваются когти! А это скорее кошачьи и потому…

Панический взгляд красных глаз остановился на мне, и Таль шепотом попросила:

– Мышка, убери от меня этого психа. Я не знаю, что с ним делать, убивать же нельзя! А все остальные меры в его случае слишком несерьезные!

Я кашлянула и, строго посмотрев на Цая, попросила:

– Вы не могли бы убрать руки от реликтовой высшей нежити? Ее нельзя трогать без разрешения.

– Да? – в зеленых глазах появилось сомнение, но лапу Стерви он все же оставил в покое.

Та бочком-бочком перевалилась через подлокотник кресла, и крадучись вышла из приемной. Судя по зеленому хищному взгляду – рыжий эльф и не подумал, что на этом их знакомство закончено.

– Она нетипичная! – порадовал он меня сразу же, как за Талью закрылась дверь. – Я видел навей – она очень отличается от основной массы. Начиная с мышления, заканчивая отсутствием жажды боли и крови, которую они обычно совсем не могут контролировать.

– Вас ожидает ректор, – сухо напомнила я.

– Да-да, конечно.

Уф…

Вернулась на свое место и вытерла непонятно откуда взявшуюся испарину.

Почему-то то странное чувство, что именуется интуицией, подсказывало, что теперь жить станет еще более интересно. И нельзя сказать, что меня это сильно радует, так как я и раньше на скуку не жаловалась!

Святые Деревья, неужели несколько дней спокойствия стояли таких проблем?! Их еще нет, но я уверена, что последуют!

Прямо сразу дурные предчувствия сбываться не спешили. Спустя пятнадцать минут Цай вышел из кабинета и, улыбнувшись мне на прощание, уверенной походкой удалился дальше по коридору. Он неплотно закрыл за собой дверь приемной, и створка распахнулась, открывая вид на то, как где-то посреди перехода эльфу встречается мадам Грей, которую он о чем-то начал расспрашивать, расплываясь в профессионально-лучезарной улыбке. Судя по долетающим до моего острого слуха обрывкам слов, Цай интересовался тем, где находится завхоз.

Итак, стало быть его приняли.

Я нервно переложила бумажки, собрала их в стопочку и отправилась в кабинет к начальству.

Кажется, новый игрок на поле снял с меня робость и пробудил смелость.

Я уже несколько дней мучаюсь от того, почему он заставил тогда его поцеловать, да еще и настолько страстно ответил. А ведь там мало того, что вся ситуация оказалась крайне неоднозначной, так его упыриная светлость еще и прямым текстом сказала, что имеют место манипуляции. И мне дико интересно какие именно.

Я зашла, закрыла за собой дверь и решительно, чеканя шаг, подошла к огромному ректорскому столу.

Сидящий за ним Сибэль смотрел на все это действо с огромным интересом.

Застыла возле края и нервно вцепилась в листы бумаги. Серо-стальная бровь выразительно поползла вверх.

Решимость, жалобно скуля, попыталась было сползти в пятки, прихватив с собой смелость, но я не позволила!

Так! Фэй, давай уже!